Управляющий омской сетью «Центр-книга» Илья Иванов рассказал РБК Омск, что рынок бумажной литературы активно прирастает за счет молодежи, но открывать книжные магазины сейчас не имеет смысла. По словам руководителя сети, в течение года будут закрыты еще две точки, а через несколько лет «Центр-книги» уже не будет.

— До какого момента «Центр-книга» была прибыльной?

— Падение по выручке и количеству покупателей началось с 2019 года — минус 30% ежегодно. Прибыльными мы были до 2023 года, далее стали работать без прибыли и с 2025 года — в убыток.

— Если хочешь сложный бизнес, займись книгами?

— Раньше было гораздо легче. Спрос превышал предложение: люди были готовы ждать по месяцу книгу из издательства — заказывали, вносили предоплату, были очереди в книжных магазинах. Кажется, ещё буквально вчера. Сейчас нет никаких очередей.

— Были очереди, когда вы объявили распродажу с 50-процентной скидкой.

— Да, эта акция идёт. Со следующего месяца такую скидку будем делать на Любинском проспекте. В остальных магазинах уже ассортимента на это не хватает, остался базовый.

— Через пять лет как ситуацию видите?

– «Центр Книги» уже не будет. В этом году мы потеряем магазин на 70 лет Октября, 26, в «Метро Молле». В августе-сентябре мы ещё попробуем помочь людям купить учебную литературу и канцелярию там, а дальше будем его закрывать. Распродажа даёт плоды, товарный остаток уходит. В следующем году будет уходить магазин на Мира, 66, там низкий спрос. Точки на Серова, 28, и Ленина, 17 пока закрывать не планируем. Года три у них, наверное, ещё есть.

— А если отмотать на 10 лет назад?

– 2016-й год — все было замечательно. К этому моменту наша сеть выросла до 13 магазинов. А потом началась пандемия.

— Если б вы тогда узнали, как ситуация будет складываться дальше, вы смогли бы что-то изменить?

— Нет, конечно. Здесь совпало несколько внешних факторов, не зависящих ни от кого. В первую очередь, произошла пандемия, и она должна была родить решение для удобства потребительского рынка. Мы пошли по китайскому пути развития — там тоже маркетплейсы захватили абсолютно всю розничную торговлю. Из коммерческой недвижимости на первых этажах домов и административных зданий помимо маркетплейсов осталась только сфера услуг.

— Это не глобальный тренд?

— Нет, среди крупных рынков такого не случилось в США. Там очень неудобная доставка с маркетплейсов и из продуктовых магазинов: магазин устанавливает условия, и потребитель не может выбрать, когда хочет получить заказ. Мы в этом плане разбалованы. А там никакая сфера розницы не пострадала.

— То есть, ваш главный враг — не электронные книги?

— Нет, их пиковая популярность спала. Электронные книги, как устройства, электронные читалки, уже вообще почти никто не покупает. А спрос на цифровые версии книг для чтения на смартфонах не растет. Есть аудитория, которая перешла на этот формат, и она не меняется.

Проблема книготорговли сейчас совсем не этом, а в маркетплейсах — Wildberries и Ozon. Ozon же изначально позиционировался, как книжный интернет-магазин. Это дальше они начали брать новые группы товаров. Потом появился Wildberries. В результате нам пришлось за счёт программ лояльности снизить цены примерно до уровня маркетплейсов.

— Акция «Нашли дешевле?».

— Да, это помогло бороться на начальных этапах, но затем мы столкнулись с другой проблемой.

Оказывается, даже если книжка на Wildberries и Ozon дороже на 20%, чем у нас — это не препятствие для покупателя, ему стало удобно покупать на маркетплейсах.

Всё это произошло благодаря «ковиду», в это время люди привыкали к маркетплейсам. Не нужно идти в книжный, а можно спуститься в пункт выдачи в своем же доме: забрать не только книжку, но ещё и стиральный порошок, корм для кошки, игрушку для ребёнка. Сейчас цены на маркетплейсах поднялись, и многие топовые позиции в литературе стали дороже, чем у нас — но люди готовы переплачивать.

— А как справляется «Читай-город»?

— У них больше финансовых рычагов — этой сети принадлежит самое крупное российское издательство «Эксмо». Относительно нашего бюджета их бюджет можно назвать безлимитным.

Сейчас они пошли по пути ребрендинга. Насколько я знаю, скоро после ребрендинга откроется второй магазин в Омске. Посмотрим, что это им даст. Я убежден, что в этом рынке внешний вид магазина уже не играет роли.

— Сейчас для вас «Читай-город» — конкурент?

— До 2016 года он забрал часть рынка, у «Центр-книги» закрылись несколько магазинов. Но их давление прошло очень быстро, и рынок распределился. Мы переформатировались, внедрили такое понятие, как техника продаж, подход к покупателю, активное выяснение потребностей, ввели дополнительные товары — мягкие игрушки, в частности. То есть, те товары, которые продавались благодаря активной технике продаж и подходу к покупателю. Благодаря этому мы вышли на рост и очень хорошо росли до 2019 года. 

— А что с Fix Price? Почему у них такие дешёвые книжки?

— Дело в объеме закупа. Для них специально печатают тираж — на многих книгах есть пропечатанная пометка: «Специально для Fix Price». Так же, как для «Ашана», «Ленты». То есть, издательство печатает для Fix Price на всю Россию, и закупочная цена книги у них выходит очень низкая. Мы омская сеть, мы закупаем, допустим, в месяц 10 тысяч книжек, а Fix Price по всей России — 10 миллионов. Естественно, издательству выгоднее продать 10 миллионов и снизить цену. Мы не можем с этим бороться.

Закупочная цена каждый год растёт на 20%, а мы цены поднимаем процентов на 7. То есть теряем прибыль — но если поднимем цены на те же 20%, то тогда улетим в космос относительно конкурентов.

— Сейчас вы не советовали бы молодым предпринимателям связываться с книгами?

— Однозначно открывать новые книжные магазины не стоит.

— То есть, бумажная книжка — всё?

— Бумажная? Нет, конечно нет — рынок же растет. Ежегодный прирост читателей бумажной литературы в России — 20%. И прирастает за счёт молодёжи.

— Покажите мне эту молодёжь.

— Вы поездите на общественном транспорте, каждый второй человек в возрасте от 15 до 25 лет едет с бумажной книжкой. Правда, как правило, это что-то вроде Джорджа Оруэлла «1984», что плохо. Книжные блогеры транслируют мысль, что сейчас происходит то же самое. Блогеры вообще сильно влияют на продажи. Еще сейчас начало перепечатываться очень много классики на манер манги и аниме — и это пользуется большой популярностью.

— «Нон-фикшн» перестал быть локомотивом продаж?

— Да, он действительно ушел с лидерских позиций и теперь занимает менее 30% в продажах книг. А что касается детей — они правда много читают.

— Кажется, мы с вами видим разную молодежь.

— Если вы — филолог, то это очевидно. Дети не хотят делать то же, что делают их родители. Это их бунт. Очень часто к нам за книгами приходят ребята, которых раньше называли бы неформалами. Не удивлюсь, если их родители далеки от книг и от филологии.

— Вы рассматривали дополнительные, новые форматы по созданию точки притяжения? Книжные клубы, обсуждения?

— Да, неоднократно пытались внедрять инициативы. Например, наш конкурс «Самый читающий школьник города Омска». Или совместная акция с агентством праздников «ОляЛя» — мы устраивали спектакли у себя в магазинах. Были квесты, были мастер-классы, квизы, вечера настольных игр. Все закончилось тем, что кроме сотрудников и их детей никто не приходил.

— А старшее поколение?

— Раньше мы держались на людях возрастом 45+ и еще школьниках, потому что они вынуждены покупать учебную литературу. Сейчас люди 45+ перешли на маркетплейсы. Следующая, еще более старшая возрастная группа, за 65, уже часто не может себе позволить книжку из финансовых соображений.

То есть стоимость книги переросла психологический максимум. Сейчас приходит новая книга, и мы её продаём, допустим, за 1,2 тысячи рублей. И мы понимаем, что это очень дорого, а по-другому сделать не можем.

— Почему в такой ситуации вы не закрываете сразу все магазины?

— По идее, могли бы. Но у нас очень много книг, а издательство обратно их не заберёт. И в этом случае у них единственный путь — уходить в макулатуру. Всё-таки жалко. Поэтому мы оставляем магазины, которые хотя бы не приносят убытки. Выручки от продаж хватает на то, чтобы заплатить аренду, налоги и зарплату сотрудникам. И мы их держим, пока не закончится товар.